Донецк Форум. Донецкий форум.
   Здесь место есть политике и вздору... Удачи Вам! Я - ваш! Донецкий форум. ;)
 
ДОНЕЦКИЙ ФОРУМ - СПРАВОЧНАЯ ДОНЕЦКА
ИСТОРИЯ КАРТА ПОГОДА ДОНЕЦК ПОД ДНР НОВОСТИ
ПОЕЗДА (ЖД) АВТОБУСЫ ТАКСИ ФОТО ГОСТИНИЦЫ
WI-FI ВЕБ КАМЕРЫ БАЗА 09 ПРОВАЙДЕРЫ ОБЛАСТЬ
КИНОТЕАТРЫ ТЕАТРЫ ФК ШАХТЕР КЛУБЫ КАФЕ
ШКОЛЫ РАБОТА ИНСТИТУТЫ ТАНЦЫ ОБЪЯВЛЕНИЯ
БАНКИ АВТОСАЛОНЫ АПТЕКИ БОЛЬНИЦЫ РАЙОНЫ
МЕНЮ РАЗДЕЛОВ
Вернуться   Донецк Форум. Донецкий форум. > ИСТОРИЯ > Мировая история


Мировая история Европа. США. Азия. Вторая мировая война (ВОВ), СССР, НКВД, дивизия СС...


Ответ
 
Опции темы Оценить тему Опции просмотра
Старый 25.10.2017, 18:52   #1
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию Зинаида Гиппиус Дневники

Зинаида Гиппиус

Дневники


Предисловие (Н. Берберова)
История моего дневника
Синяя книга
Черная книжка
Серый блокнот

http://az.lib.ru/g/gippius_z_n/text_0070.shtml

История моего дневника

Цитата:
К весне 19 года общее положение было такое: в силу бес-численных (иногда противоречивых и спутанных, но всегда угрожающих) декретов, приблизительно все было "национа-лизировано", -- "большевизировано". Все считалось принад-лежащим "государству" (большевикам). Не говоря о еще ос-тавшихся фабриках и заводах, -- но и все лавки, все мага-зины, все предприятия и учреждения, все дома, все недвижи-мости, почти все движимости (крупные) -- все это по идее пе-реходило в ведение и собственность государства. Декреты и направлялись в сторону воплощения этой идеи. Нельзя ска-зать, чтобы воплощение шло стройно. В конце концов это просто было желание прибрать все к своим рукам. И боль-шею частью кончалось разрушением, уничтожением того, что объявлялось "национализированным".

Захваченные мага-зины, предприятия и заводы закрывались; захват частной торговли повел к прекращению вообще всякой торговли, к за-крытию всех магазинов и к страшному развитию торговли нелегальной, спекулятивной, воровской. На нее большевикам поневоле приходилось смотреть сквозь пальцы и лишь пе-риодически громить и хватать покупающих-продающих на улицах, в частных помещениях, на рынках; рынки, единственный источник питания решительно для всех (даже для боль-шинства коммунистов) -- тоже были нелегальщиной.

Терро-ристические налеты на рынки, со стрельбой и смертоубий-ством, кончались просто разграблением продовольствия в пользу отряда, который совершал налет. Продовольствия, прежде всего, но так как нет вещи, которой нельзя встретить на рынке, -- то забиралось и остальное, -- старые онучи, ручки от дверей, драные штаны, бронзовые подсвечники, древнее бархатное евангелие, выкраденное из какого-нибудь книгохранилища, дамские рубашки, обивка мебели... Мебель тоже считалась собственностью государства, а так как под полой дивана тащить нельзя, то люди сдирали обивку и норо-вили сбыть ее хоть за полфунта соломенного хлеба... Надо было видеть, как с визгами, воплями и стонами кидались тор-гующие врассыпную при слухе, что близки красноармейцы! Всякий хватал свою рухлядь, а часто, в суматохе, и чужую; бежали, толкались, лезли в пустые подвалы, в разбитые ок-на... Туда же спешили и покупатели, -- ведь покупать в Совдепии не менее преступно, чем продавать, -- хотя сам Зино-вьев отлично знает, что без этого преступления Совдепия кончилась бы, за неимением поданных, дней через 10.

Мы называли нашу "республику" не РСФСР, а между прочим "РТП", -- республикой торгово-продажной. Так оно фактически и было.
Надо отметить главную характерную черту в Совдепии: есть факт, над каждым фактом есть -- вывеска, и каждая вы-веска -- абсолютная ложь по отношению к факту.
Цитата:
Известный когда-то лишь своему муравейнику литературно-партийный хлыщ -- Луначарский, ставший с тех пор литературным хлы-щем "всея Совдепии", -- во время июльского бунта жалобно прятался у давнего своего знакомого чуть не под кроватью. И так "дрянно" трусил, так дрожал за свою особу, гадая куда бы ему удрать, что внушил отвращение даже снисходитель-ным его укрывателям.
Цитата:
Как известно, все население Петербурга взято "на учет". Всякий, так или иначе, обязан служить "государству", -- за-нимать место если не в армии, то в каком-нибудь правитель-ственном учреждении. Да ведь человек иначе и заработка ни-какого не может иметь. И почти вся оставшаяся интеллиген-ция очутилась в большевистских чиновниках.

Платят за это ровно столько, чтобы умирать с голоду медленно, а не бы-стро. К весне 19 года почти все наши знакомые изменились до неузнаваемости, точно другой человек стал. Опухшим -- их было очень много -- рекомендовалось есть картофель с ко-журой, -- но к весне картофель вообще исчез, исчезло даже наше лакомство -- лепешки из картофельных шкурок. Тогда царила вобла, -- и кажется я до смертного часа не забуду ее пронзительный, тошный запах, подымавший голову из ка-ждой тарелки супа, из каждой котомки прохожего.

Новые чиновники, загнанные на службу голодом и плеткой, -- русские интеллигентные люди, -- не изменились, ко-нечно, не стали большевиками. Водораздел между "склонив-шимися" и "сдавшимися", между служащими "за страх" и другими "за совесть" -- всегда был очень ясен. Сдавшиеся, передавшиеся насчитываются единицами; они усердствуют, якшаются с комиссарами, говорят высокие слова о "народ-ном гневе", но менее ловкие все-таки голодают (я все говорю о "чиновниках", а не об откровенных спекулянтах). Есть еще "приспособившиеся"; это просто люди обывательского типа; они тянут лямку, думая только о еде; не прочь извернуться, где могут, не прочь и ругнуть, за углом, "советскую" власть.

Но к чести русской интеллигенции надо сказать, что громад-ная ее часть, подавляющее большинство, состоит именно из "склонившихся", из тех, что с великим страданием, со стисну-тыми зубами несут чугунный крест жизни. Эти виноваты лишь в том, что они не герои, т.е. герои, но не активные. Они нейдут активно на немедленную смерть, свою и близких; но нести чугунный крест -- тоже своего рода геройство, хотя и пассивное.

К ним надо причислить и почти всех офицеров красной армии, -- бывших офицеров армии русской. Ведь когда офи-церов мобилизуют (такие мобилизации объявлялись чуть не каждый месяц) -- их сразу арестовывают; и не только самого офицера, но его жену, его детей, его мать, отца, сестер, бра-тьев, даже двоюродных дядей и теток. Выдерживают офицера в тюрьме некоторое время непременно вместе с родственни-ками, чтобы понятно было, в чем дело, и если увидят, что офицер из "пассивных" героев -- выпускают всех: офицера -- в армию, родных под неусыпный надзор. Горе, если приле-тит от армейского комиссара донос на этого "военспеца" (как они называются). Едут дяди и тетки, -- не говоря о жене с детьми, -- куда-то на принудительные работы, а то и запи-раются в прежний каземат.

Среди офицеров, впрочем, не мало оказалось героев и ак-тивных. Этих расстреливали почти буквально на глазах жен. В моих листках приведены факты; они происходили на глазах близкого мне человека, женщины-врача, арестованной... за то, что у нее подозрительная фамилия.
Цитата:
Воевать мужик так же не хочет, как не хотел при царе; и так же покоряется принудительному набору, как покорялся при царе.. Кроме того, в деревне, особенно зимой, и делать не-чего, и хлеб на счету; в красной же армии -- обещают паек, одевку, обувку; да и веселее там молодому парню, уже при-выкшему лодырничать. На фронт -- не всех же на фронт. Посланные на фронт покоряются, пока над ними зоркие очи комиссаров; но бегут кучами при малейшей возможности. Панике поддаются с легкостью удивляющей, и тогда бегут слепо, не взирая ни на что. Веснами, едва пригреет солнышко, и можно в деревню, -- бегут неудержимо и без паники: про-сто текут назад, прячась по лесам, органически превращаясь в "зеленых".

Большевики отлично все это знают. Прекрасно пони-мают своих подданных, свою армию, -- учитывают все. Но они так же прекрасно учитывают, что их враги, -- европейцы ли, собственные ли белые генералы, -- ничего не понимают и ничего не знают. На этой слепоте, я полагаю, они и строят все свои главные надежды.
Цитата:
Рабочие? Пролетариат? Но собственно пролетариата в России почти не было и раньше, говорить же о нем сейчас, когда девять десятых фабрик закрылись, -- просто смешно. Российские рабочие -- те же крестьяне, и с закрытием заво-дов они расплылись -- в деревню, в красную армию. За ос-тавшимися в городах, на работающих фабриках, большевики следят особенно зорко, обращаются с ними и осторожно -- и беспощадно.

Периодически повторяются вспышки террора именно рабочего. И это понятно, ибо громадное большинство оставшихся рабочих уже почти не нейтрально, оно враждебно большевикам. Большевикам не по себе от этой, глухой пока, враждебности, и они ведут себя тут очень нервно: то заискивают, то неистовствуют. На официальных митингах все бродят какие-то искры, и порою, достаточно од-ному взглянуть исподлобья, проворчать: "надоело уже все это...", чтобы заволновалось собрание, чтобы занадрывались одни ораторы, чтобы побежали другие черным ходом к своим автомобилям. Слишком понятна эта неудержимо растущая враждебность к большевикам в средней массе рабочих: бес-просветный голод, несмотря на увеличение ставок ("чего на эти ленинки купишь? Тыща тоже называется! Куча..." сле-дует непечатное слово), беззаконие, расхищение, царящие на фабриках, разрушение производительного дела в корне и, на-конец, неслыханное количество безработных -- все это слиш-ком достаточные причины рабочего озлобления.

Пассивного, как у большинства русских людей, и особенно бессильного, потому что "власти" особенно заботятся о разъединении ра-бочих. Запрещены всякие организации, всякие сходки, сбо-рища, митинги, кроме официально назначаемых. Сколько юрких сыщиков шныряет по фабрикам. Русские рабочие очути-лись в таких ежовых рукавицах, какие им не снились при ца-ре. Вывеска, -- уверения, что их же рукавицы, -- "рабочее" же правительство -- на них более не действуют и никого не обманывают.
Цитата:
Получается истинная картина чужеземного завоевания. Ла-тышские, башкирские и китайские полки (самые надежные) дорисовывают эту картину. Из латышей и монголов соста-влена личная охрана большевиков: китайцы расстреливают арестованных, -- захваченных. (Чуть не написала "осужден-ных", но осужденных нет, ибо нет суда над захваченными. Их просто так расстреливают). Китайские же полки или баш-кирские идут в тылу посланных в наступление красноармей-цев, чтобы когда они побегут (а они бегут!), встретить их пу-леметным огнем и заставить повернуть. Чем не монгольское иго?
Я знаю вопрос, который сам собой возникает после моих утверждений. Вот он: если все это правда, если это действи-тельно власть кучки, беспримерное насилие меньшинства над таким большинством, как почти все население огромной страны, -- почему нет внутреннего переворота? Почему хо-зяйничанье большевиков длится вот уже почти три года? Как это возможно?

Это не только возможно -- это даже не удивительно для того, кто знает Россию, русский народ, его историю, -- и в то же время знает большевиков. Россия -- страна всех возмож-ностей, сказал кто-то. И страна всех невозможностей, приба-влю я. О причинах такой, на первый взгляд, неестественной нелепости -- длящегося владычества кучки партийных лю-дей, недавно подпольных, над огромным народом вопреки его воле -- об этом я говорю много в моем дневнике. Почти весь он, пожалуй, об этом. Здесь подчеркну только еще раз; мы знаем, что это именно так и должно было быть; но мы знаем еще, -- и это страшно важно! -- что малейший внешний толчок, малейший камешек, упавший на черную не-подвижность сегодняшней России -- произведет оглушитель-ный взрыв. Ибо это чернота не болота, но чернота порохо-вого погреба.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Сказавших "Спасибо!": 1 (показать список)
Ответить с цитированием
Старый 25.10.2017, 19:00   #2
Аццкий меломан
Аватар для Сева
Сообщений: 28,971
Очки репутации: 208,586
Адрес: город Лондон, ВВС
Доп. информация
По умолчанию

@ДД, все это от безделья происходит.
От него же люди думать начинают.
__________________
Последний раз редактировалось завтра, в 24:59.
Сева вне форума  
Ответить с цитированием
Старый 26.10.2017, 10:03   #3
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

Синяя книга

2 Августа 1914

Писатели все взбесились. К. пишет у Суворина о Герма-нии: "...надо доканать эту гидру". Всякие "гидры" теперь ис-чезли, и "революции", и "жидовства", одна осталась: Герма-ния. Щеголев сделался патриотом, ничего кроме "ура" и "жа-жды победы" не признает. Е., который, по его словам, все войны отрицает, эту настолько признает, что все пороги обил, лишь бы "увидеть на себе прапорщичий мундир". (Не берут, за толщину, верно!).

Тысячи возвращающихся с курортов через Швецию создали в газетах особую рубрику: "Германские зверства". Воз-вращения тяжкие, непередаваемые, но... кто осуждает? Ты-сячными толпами текут евреи. Один, из Торнео, руку показы-вал: нет пальца. Ему оторвали его не немцы, а русские -- на погроме. Это -- что? Или евреи не были безоружны? А если и мы звери... кому перед кем кичиться?

Впрочем, теперь и Пуришкевич признает евреев и руку жмет Милюкову.

Волки и овцы строятся в один ряд, нашли третьего, кого есть.

29 Сентября 1914

У нас в России... странно. Трезвая Россия -- по манию царя. По манию царя Петербург великого Петра -- прова-лился, разрушен. Худой знак! Воздвигнуть некий Николо-град -- по казенному "Петроград". Толстый царедворец Витнер подсунул царю подписать: патриотично, мол, а то что за "бург", по-немецки (!?!).

Худо, худо в России.

28 Апреля 1915

Москвичи осатанели от православного патриотизма. Вяч. Иванов, Эрн, Флоренский, Булгаков, Трубецкой и т.д. и т.д. О, Москва, непонятный и часто неожиданный город, где то восстание -- то погром, то декаденство то ура-патриотизм, -- и все это даже вместе, все дико и близко свя-зано общими корнями, как Герцен, Бакунин и -- Аксаковская славянофильщина.

15 Мая 1915

Да, и до войны я не любила нашу "парламентскую оппо-зицию", наших кадетов. И до войны я считала их умными, честными... простофилями, "благородными иностранцами" в России. Чтобы вести себя "по-европейски", -- и чтобы это было кстати, -- надо позаботиться устроить Европу..

23 Ноября 1915

Экая, прости Господи, сумасшедшая страна. И бедный Милюков тут думает "действовать" -- в своих европейских манжетах.

3 Февраля 1916

...Споры только сбивают с толку. Замечательная русская черта: непонимание точности, слепота ко всякой мере. Если я не "жажду победы" -- значит, я "жажду поражения". Малей-шая общая критика "побединцев", просто разбор положения -- повергает в ярость и все кончается одним : если ты не на-ционалист -- значит, ты за Германию. Или открыто будь "пораженцем" и садись в тюрьму, как чертова там Роза Люк-сембург села, -- или закрой глаза и кричи "ура", без рассу-ждений.

27 Февраля 1916

Хотела бы я знать, как может понять нормальный англи-чанин вот это чувство слежения за твоими мыслями, когда у него этого опыта не было, и у отца, и у деда его не было?

Не поймет. А я вот чувствую глаза за спиной, и даже сейчас (хотя знаю, что сейчас реально глаз нет, а завтра это будет запечатано до лучших времен и увезено из дома) -- я все-таки не свободна, и не пишу все, что думаю.

3 Октября 1916

Никто не сомневается, что будет революция. Никто не знает, какая и когда она будет, и -- не ужасно ли? -- никто не думает об этом. Оцепенели.

29 Октября 1916

Россия -- очень большой сумасшедший дом. Если сразу войти в залу желтого дома, на какой-нибудь вечер безумцев, -- вы, не зная, не поймете этого. Как будто и ничего. А они все безумцы.

Есть трагически-помешанные, несчастные. Есть и тихие идиоты, со счастливым смехом на отвисших устах собираю-щие щепочки и, не торопясь, хохоча, поджигающие их серни-ками. Протопопов из этих "тихих". Поджигательству его никто не мешает, ведь его власть. И дарована ему "свыше".

14 Ноября 1916

Между прочим говорил тогда и Керенский.

Должна признаться, что я не слышала ни одного слова из его речи. И вот почему: Керенский стоял не на кафедре, а вплотную за моим стулом, за длинным зеленым столом. Ка-федра была за нашими спинами, а за кафедрой, на стене, ви-сел громадный, во весь рост портрет Николая II.
В мое руч-ное зеркало попало лицо Керенского и, совсем рядом, -- лицо Николая. Портрет очень недурной, видно похожий (не Серовский ли?). Эти два лица рядом, казавшиеся даже на одной плоскости, т.к. я смотрела в один глаз, -- до такой степени заинтересовали меня своим гармоничным контрастом, своим интересным "аккордом", что я уже и не слышала речи Керен-ского. В самом деле, смотреть на эти два лица рядом -- очень поучительно. Являются самые неожиданные мысли, -- именно благодаря "аккорду", в котором, однако, все -- вопя-щий диссонанс. Не умею этого объяснить, когда-нибудь про-сто вернусь к детальному описанию обоих лиц -- вместе.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Старый 26.10.2017, 13:14   #4
Аватар для C.Row
Сообщений: 655
Очки репутации: 7,457
Доп. информация
По умолчанию

@ДД,а вы часом, простигосподи, не СЕОшник? А то так и хочется название темы продолжить:
Зинаида Гиппиус дневники
Зинаида Гиппиус дневники скачать
Зинаида Гиппиус дневники бесплатно без регистрации
__________________
kosmopolak
C.Row вне форума  
Ответить с цитированием
Старый 26.10.2017, 16:20   #5
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

Поясняю.

Далеко не все настолько интересуются историей, чтобы читать дневники и мемуары. Ведь время у людей ограничено.

Поэтому полезно привлечь внимание посетителей форума цитатами, которые самого чем-то заинтересовали. Пробежаться по цитатам может себе позволить даже самый занятый человек.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Старый 26.10.2017, 17:05   #6
Аватар для C.Row
Сообщений: 655
Очки репутации: 7,457
Доп. информация
По умолчанию

@ДД, да я ж не о том, я о стиле построения заголовка
__________________
kosmopolak
C.Row вне форума  
Ответить с цитированием
Старый 26.10.2017, 23:14   #7
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

1917 год. Революция

11 Февраля. Суббота.

Во вторник откроется Дума. Петербург полон самыми злыми (?) слухами. Да уж и не слухами только. Очень неопре-деленно говорят, что к 14-му, к открытию Думы будет приу-рочено выступление рабочих. Что они пойдут к Думе изъя-влять поддержку ее требованиям... очевидно, оппозицион-ным, но каким? Требованиям ответственного министерства, что ли, или Милюковского -- "доверия"? Слухи не опреде-ляют.
Мне это кажется не реальным. Ничего этого, думаю, не будет. Причин много, почему не будет, а главная причина (даже упраздняющая перечисление других) это -- что рабо-чие думский блок поддерживать не будут.
Если это глупо, то в политической глупости этой по-винны не рабочие. Повинны "реальные" политики, сам дум-ский блок. Наши "парламентарии" не только не хотят ника-кой "поддержки" от рабочих, они ее боятся, как огня; самый слух об этом считают порочащим их "добрые имена". Кто-то где-то обмолвился, что в рабочих кругах опираются на какие-то слова или чуть ли не на письмо Милюкова. Боже, как он тщательно отбояривался, как внушительно заявлял протесты. Это было похоже не на одно отгораживание, а почти на "гоне-ние" левых и низов.
На днях у нас был Керенский и возмущенно рассказывал недавнюю историю ареста рабочих из военно-промышленного комитета и поведение, всю позицию Милю-кова при этом случае. Керенский кипятился, из себя выходил -- а я только пожимала плечами. Ничего нового. Милюков и его блок верны себе. Были слепы и пребывают в слепоте (хотя говорят, что видят, значит "грех остается на них"),
Керенский непоседлив и нетерпелив, как всегда. Но он прав сейчас глубоко, даже в нетерпении и возмущении своем. Провожая его, в передней, я спросила (после операции мы еще не видались):
-- Ну, как же вы теперь себя чувствуете?
-- Я? Что ж, физически -- да, лучше чем прежде, а так.. лучше не говорить.
Махнул рукой с таким отчаянием, что я вдруг вспомнила один из его давнишних телефонов: "а теперь будет то, что на-чинается с а..."
А рабочие все же не пойдут 14-го поддерживать Думу.
Следовало бы подвести счеты сегодняшнего дня, самые грубые, -- но разве кратко. Ведь все то же повторять, все то же.
Партия государственная, либерально-парламентарная, вся ее работа и "правый" думский блок -- остались бесплод-ными абсолютно. Напротив, если правит, курс изменился -- то в сторону горшей реакции. Формула Чхенкели, за которую два года тому назад, даже у нас, в 4-х стенах, несчастные "ли-бералы" клеймили этого левого депутата (лично ничем не за-мечательного) -- "пораженцем", а "либерало-христиане" -- дураком и монофизитом, -- эта формула давно принята словесно тем же Милюковым: "С ЭТИМ ПР-ВОМ РОССИЯ НЕ МОЖЕТ ДАЛЬШЕ ВЕСТИ ВОЙНУ, НЕ МОЖЕТ ДАТЬ ЕЙ ХОРОШЕЕ ОКОНЧАНИЕ". Принята, признана -- и больше ничего. От выводов отворачиваются. Дошло до того, что наша союзница Англия позволяет себе теперь говорить то же: "с этим правительством Россия..." и т.д.
Англия глубоко равнодушна к нам, еще бы! Но о войне-то она ведь очень заботится. Кое-что понимает.
Во вторник откроется Дума. Положение ее унизительно и безвыходно.

Сообщение добавлено в 00:09

22 Февраля. Среда.

Особенно же противен был, в программе неожиданно прочтенный патриото-русопятский "псалом" Клюева. Клюев -- поэт в армяке (не без таланта), давно путавшийся с Бло-ком, потом валандавшийся даже в кабаре "Бродячей Собаки" (там он ходил в пиджачной паре), но с войны особенно ввер-зившийся в "пейзанизм".
Жирная, лоснящаяся физиономия. Рот круглый, трубкой. Хлыст. За ним ходит "архангел" (Есенин LDN) в ва-ленках.
Бедная Россия. Да опомнись же!

Сообщение добавлено в 00:11

25 Февраля. Суббота.

Однако, дела не утихают, а как будто разгораются. Мед-ленно, но упорно. (Никакого систематического плана не видно, до сих пор; если есть что-нибудь -- то небольшое, и очень внутри).
Трамваи остановились по всему городу. На Знаменской площади митинг (мальчишки сидели, как воробьи, на памят-нике Ал. III). У здания Гор. Думы была первая стрельба -- стреляли драгуны.
Пр-во, по настоянию Родзянко, согласилось передать продовольственное дело городскому управлению. Как всегда -- это поздно. Риттих клялся Думе, что в хлебе недостатка нет. Возможно, что и правда. Но даже если... то, конечно, и это "поздно". Хлеб незаметно забывается, забылся, как слу-чайность.

Интересно, что правительство не проявляет явных приз-наков жизни. Где оно и кто, собственно, распоряжается -- не понять. Это ново. Нет никакого прежнего Трепова -- "патро-нов на толпу не жалеть". Премьер (я даже не сразу вспоми-наю, кто у нас) точно умер у себя на квартире. Протопопов тоже адски пришипился. Кто-то, где-то что-то будто прика-зывает. Хабалов? И не Хабалов. Душит чей-то гигантский труп. И только. Странное ощущение.
Дума -- "заняла революционную позицию..." как вагон трамвая ее занимает, когда поставлен поперек рельс. Не бо-лее. У интеллигентов либерального толка вообще сейчас ни малейшей связи с движением. Не знаю, есть ли реальная и у других (сомневаюсь), но у либерало-оппозиционистов нет связи даже созерцательно-сочувственной. Они шипят: какие безумцы! Нужно с армией! Надо подождать! Теперь все для войны! Пораженцы!
Никто их не слышит. Бесплодно охрипли в Думе. И с ка-ждым нарастающим мгновением они как будто все меньше делаются нужны. ("Как будто!" А ведь они нужны!).

Сообщение добавлено в 00:12

26 Февраля. Воскресенье.

Сегодня с утра вывешено объявление Хабалова, что "бес-порядки будут подавляться вооруженной силой". На объявле-ние никто не смотрит. Взглянут -- и мимо. У лавок стоят молчаливые хвосты. Морозно и светло. На ближайших ули-цах как будто даже тихо. Но Невский оцеплен. Появились "старые" казаки и стали с нагайками скакать вдоль тротуа-ров, хлеща женщин и студентов. (Это я видела также и здесь, на Сергиевской, своими глазами).
На Знаменской площади казаки вчерашние, -- "новые" -- защищали народ от полиции. Убили пристава, городовых оттеснили на Лиговку, а когда вернулись -- их встретили криками: "ура, товарищи-казаки!"
Не то сегодня. Часа в 3 была на Невском серьезная стрельба, раненых и убитых несли тут же в приемный покой под каланчу. Сидящие в Евр. Гост. заперты безвыходно и го-ворят нам оттуда, что стрельба длится часами. Настроение войск неопределенное. Есть, очевидно, стреляющие (дра-гуны), но есть и оцепленные, т.е. отказавшиеся. Вчера отка-зался Московский полк. Сегодня, к вечеру, имеем определен-ные сведения, что -- не отказался, а возмутился -- Павлов-ский. Казармы оцеплены и все Марсово Поле кругом, убили командира и нескольких офицеров.
Сейчас в Думе идет сеньорен-конвент, на завтра назна-чено экстренное общее заседание.
Связь между революционным движением и Думой весьма неопределенна, не видна. "Интеллигенция" продол-жает быть за бортом. Нет даже осведомления у них настоя-щего.
Идет где-то "совет рабочих депутатов" (1905 год?), выра-батываются будто бы лозунги... (Для новых не поздно ли сх-ватились? Успеют ли? А старые 12-ти-летние, сгодятся ли?).
До сих пор не видно, как, чем это может кончиться. На красных флагах было пока старое "долой самодержавие" (это годится). Было, кажется, и "долой войну", но, к счастью, боль-шого успеха не имело. Да, предоставленная себе, не организо-ванная стихия ширится, и о войне, о том, что, ведь, ВОЙНА, -- и здесь, и страшная, -- забыли.

Бедная Россия. Незачем скрывать -- есть в ней какой-то подлый слой. Вот те, страшные, наполняющие сегодня теа-тры битком. Да, битком сидят на "Маскараде" в Имп. театре, пришли, ведь, отовсюду пешком (иных сообщений нет), лю-буются Юрьевым и постановкой Мейерхольда, -- "один просцениум стоил 18 тысяч". А вдоль Невского стрекочут пу-леметы. В это же самое время (знаю от очевидца) шальная пуля застигла студента, покупавшего билет у барышника. Историческая картина!
Все школы, гимназии, курсы -- закрыты. Сияют одни театры и.. костры расположившихся на улицах бивуаком вой-ск. Закрыты и сады, где мирно гуляли дети: Летний и наш, Таврический. Из окон на Невском стреляют, а "публика" спе-шит в театр. Студент живот свой положил ради "искусства"...
Но не надо никого судить. Не судительное время -- грозное. И что бы ни было дальше -- радостное. Ни полка-пли этой странной, внеразумной, живой радости не давала ни секунды война. Нет оправдания войне -- для современного человеческого существа. Все в войне кричит для нас: "назад!"
Все в революционном движении: "вперед!". Даже при внеш-них сближениях -- вдруг, точно искра, качественное различие. Качественное.

Сообщение добавлено в 00:13

27 Февраля. Понедельник.

2 ч. дня. Делегация от 25 тыс. восставших войск по-дошла к Думе, сняла охрану и заняла ее место.
Экстренное заседание Думы продолжается?
Мимо окон идет странная толпа: солдаты без винтовок, рабочие с шашками, подростки и даже дети от 7-8 лет, со штыками, с кортиками. Сомнительны лишь артиллеристы и часть семеновцев. Но вся улицв, каждая сияющая баба убе-ждена, что они пойдут "за народ".

4 часа. Стреляют, -- большей частью в воздух. Изве-стия: раскрыты тюрьмы, заключенные освобождены. Кем? Толпы чаще всего -- смешанные. Кое-где солдаты "снимали" рабочих (Орудийный зав.) -- рабочие высыпали на улицу. Из Предварилки между прочим выпущен и Манасевич, его чуть ли не до дому проводили.
Взята Петропавловская крепость. Революционные вой-ска сделали ее своей базой. Когда оттуда выпустили Хрусталева-Носаря (председатель сов. рабочих депутатов в 1905 г.), рабочие и солдаты встретили его восторженно. По рассказу Вани Пугачева на кухне (Ваня -- старинный знако-мый, молодой матрос):
"Он столько лет страдал за народ, так вот, недаром". (Мое примечание: Носарь эти десять лет провел в Париже, где вел себя сомнительно, вернулся только с полгода; по всем сведениям -- сумасшедший...) "Сейчас это его взяли и по-везли в Думу. А он по дороге: постойте, говорит, товарищи, сначала идите в Окружный Суд, сожгите их гадкие дела, там и мое есть. Они пошли, подожгли, и сейчас горит. Ну, при-везли в Думу -- к депутатам. Те сейчас согласились, пусть он какую хочет должность берет и министров выбирает. Стал он, значит, глава совета рабочих депутатов. (Мое примеча-ние: Ваня совсем не "серый" матрос; но какая каша, даже лю-бопытно: "глава" сов. раб. депутатов -- "выбирает" мини-стров и садится на любую "должность")... "Потом говорит: поедемте на Финляндский вокзал вызванные войска встре-чать, чтобы они сразу стали за народ. Ну, и уехали".
Окружный Суд, действительно, горит. Разгромлено также Охранное Отделение и дела сожжены.

4 1/2 часа. Стрельба продолжается, но вместе с тем о прав. войсках ничего не слышно. Ганфман поехал в Думу на мо-торе, но "инсургенты" его высадили. В Думе идут жаркие пре-ния. Умеренные хотят временное министерство с популяр-ным генералом "для избежания анархии", левые хотят вре-менного правительства из видных думцев и общественных деятелей.
Узнала, что Дума, получив приказ о роспуске, вовсе не решила "не расходиться", весьма заколебалась и даже начала, было, собираться восвояси; но ее почти механически задер-жали события, -- первые подошедшие войска из восставших, за которыми полились без перерыва и другие. Передают, что Родзянко ходит, растерянно ударяя себя руками: "сделали меня революционером! Сделали!"
Беляев предложил ему сформировать кабинет, но Род-зянко ответил: "поздно".
5 часов. В Думе образовался Комитет "для водворения порядка и для сношения с учреждениями и лицами". Двенад-цать: Родзянко, Некрасов, Коновалов, Дмитрюков, Керенский, Чхеидзе, Шульгин, Шидловский, Милюков, Караулов, Львов и Ржевский.
Комитет заседает перманентно. Тут же во дворце Таври-ческом (в какой зале -- не знаю) заседает и Сов. Раб. депута-тов. В какой они связи с Комитетом -- не выясняется опреде-ленно. Но там и представители кооперативов.
5 1/2 часов. Арестовали Щегловитого. Под революционной охраной привезли в Думу. Родзянко протестовал, но Керен-ский, под свою ответственность, посадил его в Министерский павильон и запер.
(Голицын известил Родзянку, что уходит, равно, будто бы, и другие министры, кроме Протопопова).
Все ворота и подъезды велено держать открытыми. У нас на дворе солдаты искали двух городовых, живущих в доме. Но те переоделись и скрылись. Солдаты, кажется, были вы-пивши, один стрельнул в окно. Угрожали старшему, ранили его, когда он молил о пощаде.

Сообщение добавлено в 00:14

28 Февраля. Вторник.

Вчера не кончила и сегодня, очевидно, всего не напишу.
Грозная страшная сказка.
Н. Слонимский пришел (студент, в муз. команде преображенцев), принес листки. Рассказывал много интересного. Сам в экстазе, забыл весь свой индивидуализм.
"Известия" Сов. Раб. Депутатов: он заявляет, что засе-дает в Таврич. Дворце, выбрал "районных комиссаров", при-зывает бороться "за полное устранение стар. пр-ва и за созыв Учр. Собрания на основе всеобщего, тайного..." и т.д.
Все это хорошо и решительно, а вот далее идут "воззва-ния", от которых так и ударило затхлостью, двенадцатилет-нею давностью, точно эти бумажки с 1905 года пролежали в сыром подвале (так, ведь, оно и есть, а новеньких и не успели написать, да не хватит их, писак этих, одних, на новенькие).
Вот из "манифеста" СДРП, ЦК-та: "...войти в сношения с пролетариатом воюющих стран против своих угнетателей и поработителей, царских правительств и капиталистических клик для немедленного прекращения человеческой бойни, ко-торая навязана порабощенным народам".
Да ведь это по тону, и почти дословно -- живая "Новая Жизнь" "социалдемократа-большевика" Ленина пятых годов, где еще Минский, напрасно стараясь сделать свои "над-стройки", получил арест и гибель эмиграции. И та же припод-нятая тупость, и невежество, и непонимание момента, вре-мени, истории.
Но... даже тут, -- не говоря о других воззваниях и заяв-лениях Сов. Раб. Деп., с которыми уже по существу нельзя не соглашаться, -- есть действенность, есть властность; и она -- противопоставлена нежному безвластию Думцев. Они сами не знают, чего желают, даже не знают, каких желаний пожелать. И как им быть, -- с Царем? Без Царя? Они только обходят осторожно все вопросы, все ответы. Стоит взглянуть на Комитетские "Известия", на "Извещение", подписанное Родзянкой. Все это производит жалкое впечатление робости, растерянности, нерешительности.
Из-за каждой строчки несется знаменитый вопль Родзянки: "сделали меня революционером! Сделали!"
Между тем ясно: если не их будет сейчас власть -- будет очень худо России. Очень худо. Но это какое-то проклятие, что они даже в совершившейся, помимо них, революции (и не оттого ли, что "помимо"?) не могут стать на мудрую, но рево-люционную точку... состояния (точки "зрения" теперь мало).
Они -- чужаки, а те, левые, -- хозяева. Сейчас они погу-бители своего добра (не виноватые, ибо давно одни) -- и все же хозяева.
Будет еще борьба. Господи! Спаси Россию. Спаси, спаси, спаси. Внутренне спаси, по Твоему веди.
В 4 ч. известие: по Вознесенскому едет присоединив-шаяся артиллерия. На немецкой кирке пулемет, стреляют в толпу.
Пришел Карташев, тоже в волнении и уже в экстазе (те-перь не "балет"!).
-- Сам видел, собственными глазами, Питиримку повез-ли! Питиримку взяли и в Думу солдаты везут!
Это наш достойный митрополит, друг покойного Гриши.
Войска -- по мере присоединения, а присоединяются они неудержимо, -- лавиной текут к Думе. К ним выходят, гово-рят. Знаю, что говорили речи Милюков, Родзянко и Керен-ский.
Контакт между Комит. и Советом РД неуловим. Какой-то, очевидно, есть, хотя они действуют параллельно; напри-мер, и те и другие -- "организовывают милицию". Но ведь вот: Керенский и Чхеидзе в одно и то же время и в Комитете, и в Совете. Может ли Комитет объявить себя Правитель-ством? Если может, то может и Совет. Дело в том, что Коми-тет ни за что и никогда этого не сделает, на это не способен. А Совет весьма и весьма способен.
Страшно.
Приходят люди, люди... Записать всего нельзя. Они при-ходят с разных концов города и рассказывают все разное, и получается одна грандиозная картина.
Мы сидели все в столовой, когда вдруг совсем близко за-стрекотали пулеметы. Это началось в 5. Оказывается, пуле-мет и на нашей крыше, и на доме напротив, да и все ближай-шие к нам (к Думе) дома в пулеметах. Их еще с 14 Протопо-пов наставил на всех высотах, даже на церквах (на соборе Спаса Преображения тоже). Алекс.-Невский участок за пуле-мет с утра подожгли.
Но кто стреляет? Хотя бы с нашего дома? Очевидно, пе-реодетые -- "верные", -- городовые.
Мы перешли на другую половину квартиры, -- что на улицу. Но не тут-то было. Началось с противоположного дома, прямо в окна. Улица опустела. Затем прошла воору-женная толпа. Часть ее поднялась наверх, по лестнице, искать пулемет на чердаке. Весь двор в солдатах. По ним жарят. Мы меняли половины в зависимости, с какой стороны меньше трескотня.
Тут же явился Боря Бугаев (Андрей Белый.) из Царского, огорошенный всей этой картиной уже на вокзале (в Царском ничего, слухи, но стоят себе городовые).
С вокзала к нам Боря полз 5 часов. Пулеметы со всех крыш. Раза три он прятался, ложился в снег, за какие-то за-боры (даже на Кирочной), путаясь в шубе.
Боря вчера был у Масловского (Мстиславского) в Ник. Академии. Тот в самых кислых, пессимистических тонах. И недоволен, и "нет дисциплины", и того, и сего... Между тем он -- максималист. Я долго приглядывалась к нему и даже за-щищала, но года два тому назад стало выясняться, что эта личность весьма "мерцающая". Керенский даже ездил иссле-довать его "дело" на юг. Почему-то не довел до конца... Внеш-нее что-то помешало. Но из организации м. д.(Решительно не могу вспомнить сейчас (в 29 году), что это за орга-низация "м. д.".) его исклю-чили, ибо достаточно было и добытого.
А бедный Боря, это гениальное, лысое, неосмысленное дитя -- с ним дружит. С ним -- и с Ив. Разумником, этим, точно ядовитой змеей укушенным, -- "писателем".
В 81/2 вечера -- еще вышли "Известия". Да, идет внутрен-няя борьба. Родзянко тщетно хочет организовать войска. К нему пойдут офицеры. Но к Совету пойдут солдаты, пойдет народ. Совет ясно и властно зовет к Республике, к Учр. Со-бранию, к новой власти. Совет -- революционен... А у нас, сейчас, революция.
Сидим в столовой -- звонок. Три полусолдата, маль-чишки. Сильно в подпитии. С ружьями и револьверами. Пришли "отбирать оружие". Вид, однако, добродушный. Ра-ды.
Звонит Petit. В посольствах интересуются отношением "временного пр-ва" (?) к войне. Жадно расспрашивал, правда ли, что председатель Раб. Совета -- Хрусталев-Носарь.
Еще звонок. Сообщают, что "позиция Родзянко очень шаткая".
Еще звонок (позднее вечером). Из хорошего источника. Будто бы в Ставке до вчерашнего вечера ничего не знали о серьезности положения. Узнав -- решили послать три хорошо подобранные дивизии для "усмирения бунта".
И еще позднее -- всякие кислые известия о нарастаю-щей стихии, о падении дисциплины, о вражде Совета к Дум-цам...
Но довольно. Всего не перепишешь. Уже намечаются, ко-нечно, беспорядки. Уже много пьяных солдат, отбившихся от своих частей. И это Таврическое двоевластие...
Но какие лица хорошие. Какие есть юные, новые, медо-вые революционеры. И какая невиданная, молниеносная ре-волюция.
Однако, выстрел. Ночь будет, кажется, неспокойная.

Р. S. Позднее ночью.

Не могу, приписываю два слова. Слишком ясно вдруг все понялось. Вся позиция Комитета, вся осторожность и сла-бость его "заявлений" -- все это вот отчего: в них теплится еще надежда, что царь утвердит этот комитет, как официаль-ное правительство, дав ему широкие полномочия, может быть, "ответственность" -- почем я знаю! Но еще теплится, да, да, как самое желанное, именно эта надежда. Не хотят они никакой республики, не могут они ее выдержать. А вот, по-европейски, "коалиционное министерство" утвержденное Верховной Властью... -- Керенский и Чхеидзе? Ну, они из "утвержденного"-то автоматически выпадут.
Самодержавие так всегда было непонятно им, что они могли все чего-то просить у царя. Только просить могли у "законной власти". Революция свергла эту власть -- без их участия. Они не свергали. Они лишь механически остались на поверхности, -- сверху. Пассивно явочным порядком. Но они естественно безвластны, ибо взять власть они не могут, власть должна быть им дана, и дана сверху; раньше, чем они себя почувствуют облеченными властью, они и не будут вла-стны.
Все их речи, все слова я могу провести с этой подклад-кой. Я пишу это сегодня, ибо завтра может сгаснуть их пос-ледняя надежда. И тогда все увидят. Но что будет?
Они-то верны себе. Но что будет? Ведь я хочу, чтоб эта надежда оказалась напрасной... Но что будет?
Я хочу, явно, чуда.
И вижу больше, чем умею сказать.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Сказавших "Спасибо!": 1 (показать список)
Ответить с цитированием
Старый 26.10.2017, 23:44   #8
слон
Аватар для Азик
Сообщений: 18,379
Очки репутации: 117,061
Адрес: Севастополь
Доп. информация
По умолчанию

Цитата:
Сообщение от @ДД Посмотреть сообщение
Русские рабочие очути-лись в таких ежовых рукавицах, какие им не снились при ца-ре. Вывеска, -- уверения, что их же рукавицы, -- "рабочее" же правительство -- на них более не действуют и никого не обманывают.
Вот тут мой глаз споткнулся - и я понял совершенно очевидно, что эта, выложенная вами брехня (не сознательно, надеюсь), - не Гиппиус. Прекратите марать частинку моих соплеменников.
Зинаида с мужем эмигрировали в 1920. А Ежов (от которого и возникло "ежовые рукавицы" - до этого не существовало - и ни один грамотный не пишет без кавычек) был назначен Наркомом внутренних дел СССР (главментом) лишь в 1936.

Тему закрыть. Автора - расстрелять. Но, не совсем.
__________________
щось я не бачу твои шаровары (с - йети)
Вообще, как народ говно мы. Но тут уже ничего не поделаешь. (с - variola vera, яркий представитель)
Народы славянские очень низкоэффективные и слабопродуктивные в созидательном интеллектуальном труде на благо человечества. (с - Litvano)
Не бурят ты мне. (с - behemothus)
Азик вне форума  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 00:07   #9
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

Например вот про тебя юриста:

Цитата:
К русской адвокатуре Ленин относился крайне негативно, можно сказать, враждебно,(ещё бы, он сам участвовал всего в 3-х процессах и все 3 проиграл), что видно из его высказывания в «Письме Е. Д. Стасовой и товарищам в Московской тюрьме» (от 19 января 1905 г.) по вопросу о возможности использовать адвокатов для их защиты. Ленин писал: «Адвокатов надо брать в ежовые рукавицы и ставить в осадное положение, ибо эта интеллигентская сволочь часто паскудничает.»
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 00:23   #10
слон
Аватар для Азик
Сообщений: 18,379
Очки репутации: 117,061
Адрес: Севастополь
Доп. информация
По умолчанию

Цитата:
Сообщение от @ДД Посмотреть сообщение
Синяя книга
Черная книжка
Серый блокнот
Это все до 1919. Она не могла знать "ежовые рукавицы". Конечно, вместе с мужем Мережковским она была редкостной дрянью.
Мережковский, сцуко, вписался за вторжение Германии в СССР.
Но, тут еще падлы навертели. Мало того, что гнида незначащая - так еще и херобору ей приписали. Охренеть, какая авторитетная звизда.

Сообщение добавлено в 01:23

Цитата:
Сообщение от @ДД Посмотреть сообщение
Например вот про тебя юриста:
Ок. Взял слова обратно. Не прав. Приношу извинения. И "прошу меня направить на ближайшую войну, ... но, желательно в июле, и желательно в Крыму".
Но, Гиппиус - говно. И ее муженек.
__________________
щось я не бачу твои шаровары (с - йети)
Вообще, как народ говно мы. Но тут уже ничего не поделаешь. (с - variola vera, яркий представитель)
Народы славянские очень низкоэффективные и слабопродуктивные в созидательном интеллектуальном труде на благо человечества. (с - Litvano)
Не бурят ты мне. (с - behemothus)
Азик вне форума  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 00:30   #11
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

Ну если тебе мало Ленина из 1905 года, на ещё Троцкого из 1918:

Цитата:
"Вы не думайте, что ваше царство настало, вы не думайте, что русский народ и Советское государство есть теперь падаль, на которую может слетаться воронье и расклевывать на части. Если вы хотите вместе с нами жить на трудовых началах, то вместе с нами подчинитесь общей советской дисциплине трудящегося класса, а если вы встанете нам поперек дороги, то не взыщите, мы вам покажем ежовые рукавицы рабочего правительства, Советской власти" (аплодисменты).


Сообщение добавлено в 01:30

А, уже осознал...
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 11:01   #12
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

1 марта. Среда.

С утра текут, текут мимо нас полки к Думе. И довольно стройно, с флагами, со знаменами, с музыкой. Дмитрий даже сегодня пришел в "розовые тона", в виду обилия войск дисци-плинированных.
Мы вышли около часу на улицу, завернули за угол, к Ду-ме. Увидели, что не только по нашей, но по всем прилегаю-щим улицам течет эта лавина войск, мерцая алыми пятнами. День удивительный: легко-морозный, белый, весь зимний -- и весь уже весенний. Широкое, веселое небо. Порою начина-лась неожиданная, чисто внешняя пурга, летели, кружась, ла-сковые белые хлопья и вдруг золотели, пронизанные солнеч-ным лучом. Такой золотой бывает летний дождь; а вот и зо-лотая весенняя пурга.
С нами был и Боря Бугаев (он у нас эти дни). В толпе, теснящейся около войск, по тротуарам, столько знакомых, милых лиц, молодых и старых. Но все лица, и незнакомые, -- милые, радостные, верящие какие-то... Незабвенное утро, алые крылья и марсельеза в снежной, золотом отливающей, белости...
Вернулись домой со встретившимся там Мих. Ив. Туган-Барановским. Застали уже кучу народа, студентов, офицеров (юных, тоже недавних студентов, когда-то из моего "Золо-того Кольца").
Уже ясно, более или менее, для всех то, что мне понялось вчера вечером насчет Комитета. Будет еще яснее.
Утренняя светлость сегодня -- это опьянение правдой ре-волюции, это влюбленность во взятую (не "дарованную") сво-боду, и это и в полках с музыкой, и в ясных лицах улицы, на-рода. И нет этой светлости (и даже ее понимания) у тех, кто должен бы сейчас стать на первое место. Должен -- и не мо-жет, и не станет, и обманет...
4 часа. Прибывают всякие войска. Все отчетливее разлад между Комитетом и Советом. Слух о том, что к Царю (он где-то застрял между Псковом и Бологим со своим поездом) посланы или поехали думцы за отречением. И даже будто бы он уже отрекся в пользу Алексея с регенством Мих. Ал. Это, конечно, (если это так) идет от Комитета. Вероятно, у них последняя надежда на самого Николая исчезла (поздно!), ну, так вот, чтоб хоть оформить приблизительно... Хоть что-нибудь сверху, какая-нибудь "верховная санкция револю-ции"...
У нас пулеметы протопоповские затихли, но в других районах действуют во всю и сегодня. "Героичные" городовые, мало, притом, осведомленные, жарят с Исаакиевского собо-ра...
За несколько дней до событий Протопопов получил "вы-сочайшую благодарность за успешное предотвращение бес-порядков 14 февраля". Он хвастался, после убийства Гришки, что "подавил революцию сверху. Я подавлю ее и снизу". Вот наставил пулеметов. А жандармы о ею пору защищают уже не существующий "старый режим".
А полки все идут, с громадными красными знаменами. Возвращаются одни -- идут другие. Трогательно и... страшно, что они так неудержимо текут, чтобы продефилиро-вать перед Думой. Точно получить ее санкцию. Этот акт "до-верия" -- громадный факт; и плюс... а что тут страшного -- я знаю, и молчу.
Боря смотрит в окно и кричит:
-- Священный хоровод!
Все прибывают в Думу и арестованные министры, вся-кие сановники. Даже Теляковского повезли (на его доме был пулемет). Арестованных запирают в министерский павильон. Милюков хотел отпустить Щегловитова, но Керенский вла-стно запер и его в павильон. О Протопопове -- смутно, будто он сам пришел арестовываться. Не проверено.
6 часов. -- Люди, вести, звонки. Зензинов, оказывается, в Совете. Приехал случайно из Москвы по лит. делам, здесь события и захватили его. Мы знали его лет 10, еще в Париже, еще до его ссылки в Русское Устье. С.-р. типа святого, сла-бого, аскетического. С Керенским его Дима же и познакомил, введя его в один из "кругов" ...Сейчас узнаем, что он в Совете -- из числа крайних. Вот тебе и на!
Хрусталев сидит себе в Совете, и ни с места, хотя ему всячески намекают, что, ведь, он не выбран... Ему что.
По рассказам Бори, видевшего вчера и Масловского, и Разумника, оба трезвы, пессимистичны, оба против Совета, против "коммуны" и боятся стихии и крайности.
До сих пор ни одного "имени", никто не выдвинулся. Действует наиболее ярко (не в смысле той или другой край-ности, но в смысле связи и соединения всех) -- Керенский. В нем есть горячая интуиция, и революционность сейчасная, я тут в него верю. Это хорошо, что он и в Комитете, и в Совете.
В 8 часов. Боре телефонировал из Думы Ив. Разумник. Он сидит там в виде наблюдателя, вклепанного между Коми-тетом и Советом; следит, должно быть, как развертывается это историческое, двуглавое, заседание. Начало заседания те-ряется в прошлом, не виден и конец; очевидно, будет всю ночь. Доходит, кажется, до последней остроты. Боря позвал Ив. Раз., если будет перед ночью перерыв, зайти к нам, отдох-нуть, рассказать.
Ив. Раз. у нас не бывает (его трудно выносить), но те-перь отлично, пусть придет. У нас все равно штаб-квартира для знакомых и полузнакомых (иногда вовсе незнакомых) людей, плетущихся пешком в Думу (в Таврич. Дворец). Кого обогреваем, кого чаем поим, кого кормим.

В Совете и Комитете РД роль играет Гиммер (Суханов), Н. Д. Соколов, какой-то "товарищ Безымянный", вообще большевики. Открыто говорят, что не желают повторения 1848 года, когда рабочие таскали каштаны для либералов, а те их расстреляли. "Лучше мы либералов расстреляем".
В войсках дезорганизация полная. Когда посылают на вокзал 600 человек, -- приходят 30. Нынче в 6 ч. у. сказали, что из Красного идет полк с артиллерией и обозом. Все были уве-рены, что прав-ный. Но на вокзале оказалось, что "наш". Про-дефилировал перед Думой. Затем его отправили в... здание М-ва Путей Сообщения, превратив здание в казармы.
"Буржуазная" милиция не удалась. Действует милиция с-деков. Думский Комитет не давал ей оружия -- взяла си-лой.
Была мысль позвать Горького в Совет, чтобы образу-мить рабочих. Но Горький в плену у своих Гиммеров и Тихо-новых.
Керенский -- в советском Комитете занимает самый правый фланг (а в думском -- самый левый).
Совет уже разослал по провинции агентов с лозунгом "конфисковать помещичьи земли". А Гвоздев, только освобо-жденный из тюрьмы, не выбран в Исполн. Ком. -- как слиш-ком правый.
Вообще же Ив. Разумник смотрит на Совет с полным ужасом и отвращением, как не на "коммуну" даже, а скорей как на "пугачевщину".

А сегодня туда привезли Сухомлинова. Одну минуту ка-залось, что его солдаты растерзают...
Протопопов, действительно, явился сам. С ужимочками, играя от страха сумасшедшего. Прямо к Керенскому: "ваше высокопревосходительство..." Тот на него накричал и приоб-щил к другим в павильоне.
Светлое утро сегодня. И темный вечер.

Сообщение добавлено в 12:01

2 Марта. Четверг.

Сегодня утром все притайно, странно тихо. И погода вдруг сероватая, темная. Пришли два офицера-прапорщика (бывшие студенты). Уж, конечно, не "черносотенные" офице-ры. Но творится что-то нелепое, неудержимое, и они растеря-ны. Солдаты то арестуют офицеров, то освобождают, оче-видно, сами не знают, что нужно делать и чего они хотят. На улице отношение к офицерам явно враждебное.
Только что видели прокламацию Совета с призывом не слушаться думского Комитета.
А в последнем N советских "Известий" (да, теперь это уже не "Совет Раб. Депутатов", а "Совет Рабочих и Солдатских депутатов") напечатан весьма странный "приказ по гарнизону N I". В нем сказано, между прочим, -- "слу-шаться только тех приказов, которые не противоречат прика-зам Сов. Раб. и Солд. депутатов".
Часа в три пришел Руманов из Думы, обезноженный: ав-томобиль отняли. "Верст по 18 в день делаю". Оптимистичен, но не заражает. Позицию думцев определил очень точно, с наивной прямотой: "они считают, что власть выпала из рук законных носителей. Они ее подобрали и неподвижно хранят, и передадут новой законной власти, которая должна иметь от старой ниточку преемственности".
Прозрачно-ясно. Вот, чуть исчезла их надежда на Нико-лая II самого -- они стали добиваться его отречения и Алек-сея с регенством Михаила. Ниточка... если не канат. А не "облеченные" -- безвластны.
Сидельцы в Министерском Павильоне (много их там) являют художественную картину: Горемыкин с сигарой. Стишинский -- задыхающийся. Маклаков в отчаянии просил, чтобы ему дали револьвер. И все везут новых.

Пришел невинный и детски-сияющий секретарь Льва Толстого -- Булгаков.
Потом пришли Petit. Он отправился в Думу, она оста-лась пока у нас.
Вернулся Боря Бугаев: хотел проехать в Царское, за ве-щами, но это оказалось невозможным, не попал.
Сидим, сумерки, огня не зажигаем, ждем, на душе беспо-койно. Страх -- и уже начинающееся возмущение.
Вдруг -- это было уже в 6 -- телефон, сообщение (самое верное, ибо от Зензинова идущее): "кабинет избран. Все хоро-шо. Соглашение достигнуто".
Перечислил имена. Не пишу их здесь (это, ведь, исто-рия), лишь главное: премьером Львов (москвич, правее ка-детов), затем Некрасов, Гучков, Милюков. Керенский (юст.). Замечу следующее: революционный кабинет не содержит в себе ни одного революционера, кроме Керенского. Правда, он один многих стоит, но все же факт: все остальные или октя-бристы, или кадеты, притом правые, кроме Некрасова, кото-рый был одно время кадетом левым.
Как личности -- все честные люди, но не крупные, реши-тельно. Милюков умный, но я абсолютно не представляю себе, во что превратится его ум в атмосфере революции. Как он будет шагать по этой горящей, ему ненавистной, почве? Да он и не виноват будет, если сразу споткнется. Тут нужен громадный такт; откуда -- если он в несвойственной ему среде будет вертеться?
Вот Керенский -- другое дело. Но он один.
Родзянки нет. Между тем, если говорить не по существу уже, а в смысле "имен", имя Родзянки ровно столь же "не пользующееся доверием демократии", сколько имена Милю-кова и Гучкова.
Все это поневоле приводит в смущение. В сомнение нас-чет будущего...
Но не будем гадать ни о чем; слава Богу, первый кризис разрешен.
Вернувшись из Думы, Petit подтвердил имена и факт образования кабинета.
Вечером разные вести о подходящих, будто бы, прави-тельственных войсках. Здешние не трусят: "придут -- будут наши". Да какие, в самом деле, войска? Отрекся уже царь или не отрекся?
На кухне наш "герой" -- матрос Ваня Пугачев. Страшно действует. Он уже в Совете, -- депутатом. Пришел прямо из Думы. Говорит охриплым голосом. Чуть выпил. В упоении, но рассказывает очень толково, как их смутил сегодня При-каз N 1.
-- Это тонкие люди иначе поняли бы. А мы прямо поня-ли. Обезоруживай офицеров. Лейт. Кузьмин расплакался. А есть у нас капитан II ранга Лялин -- тот отец родной. Пое-хали мы в автомобиле, он говорит: вот адъютанта Саблина -- убивайте. Он вам враг, а вот Ден, хоть и фамилия не рус-ская, друг вам. Вы много сделали. Крови мало пролито. Во Франции сколько крови пролили...
Потом продолжает:
-- Сейчас в Думе у меня товарищи просили, чтоб левый депутат удостоверил, что Учр. Собрание будет, и что верит новому правительству. Я прямо к Керенскому, а он шепотом говорит. Я к Суханову -- и тот только рукой машет. Прис-лали нам Стеклова, стал говорить -- ив обморок упал. Уж устал очень.
Поздно ночью -- такие, наконец, вести, определенные:
Николай подписал отречение на станции Дно в пользу Алек-сея, регентом Мих. Ал. -- Что же теперь будет с законни-ками? Ведь главное, что сегодня примирило, вероятно, левых и с "именами", это -- что решено Учредительное Собрание. Что же это будет за Учредительное Собрание при учрежден-ной монархии и регенстве?

Сообщение добавлено в 12:01

3 Марта. Пятница.

Утром -- тишина. Никаких даже листков. Мимо окон толпа рабочих, предшествуемая казаками, с громадным крас-ным знаменем на двух древках: "да здравствует социалисти-ческая республика". Пенье. Затем все опять тихо.
Наша домашняя демократия грубо, но верно определяет положение: "рабочие Мих. Ал. не хотят, оттого и манифест не выходит".
Царь, оказывается, отрекся и за себя, и за Алексея ("мне тяжело расставаться с сыном") в пользу Михаила Алексан-дровича. Когда сегодня днем нам сказали, что новый кабинет на это согласился (и Керенский?), что Михаил будет "пеш-кой" и т.д. -- мы не очень поверили. Помимо, что это плохо, ибо около Романовых завьется сильная черносотенная пар-тия, подпираемая церковью -- это представляется невозмож-ным при общей ситуации данного момента. Само в себе аб-сурдным, неосуществимым.
И вышло: с привезенным царским отречением Керен-ский (с Шульгиным и еще с кем-то) отправился к Михаилу. Говорят, что не без очень определенного давления со стороны депутатов (т.е. Керенского), Михаил, подумав, тоже отка-зался: если должно быть Учредительное Собрание -- то оно, мол, и решит форму правления. Это только логично. Тут Ке-ренский опять спас положение: не говоря о том, что весь воз-дух против династии, Учр. Собр. при Михаиле делалось аб-сурдом; Керенский при Михаиле и с фикцией Учред. Собр. ав-томатически вылетает из кабинета; а рабочие Советов начи-нали черт знает что, уже с развязанными руками.
Ведь в но-вое правительство из Совета пошел один Керенский, только -- он -- к своим вчерашним "врагам", Милюкову и Гучкову. Он один понял, чего требует мгновение, и решил, говорят, мг-новенно, на свой страх; пришел в Совет и объявил там о своем вхождении в министерство post factum. Знал при этом, что другие, как Чхеидзе, например (туповатый, неприятный человек), решили ни в каком случае в П-во не входить, чтоб оставаться по своему "чистенькими" и действовать незави-симо в Совете. Но такова сила верно-угаданного момента (и личного полного "доверия" к Керенскому, конечно), что пла-менная речь нового министра -- и тов. председателя Совета -- вызвала бурное одобрение Совета, который сделал ему овацию. Утвердил и одобрил то, на что "позволения" ему не дал бы, вероятно.
Итак, с Мих. Алек. выяснено. Керенский на прощанье, крепко пожал вел. князю руку: "вы благородный человек".
Тотчас поползли вести, что военный министр Гучков и мин. ин. дел Милюков уходят. Это очень, слишком, похоже на правду. Однако, оказалось не правдой. Хотела написать "к счастью", да и в самом деле, это было бы новым узлом сейчас, но... я не понимаю, как будут министерствовать Гучков и Ми-люков, не чувствуя себя министрами. Ведь они не "облечены" властью никем, а пока не "облечены" -- в свою власть они не верят и никогда не поверят. Это кроме факта, что они не знают, не видят того места и времени, когда и где им суждено действовать, органически не понимают, что они -- во "время" и в "стихии" РЕВОЛЮЦИИ.
Посмотрим.
Кто о чем, а посольства только о войне. Французам на-плевать, что у нас внутри, лишь бы Россия хорошо дралась, и всячески пристают, какие известия с фронта. Их успокоили, что в данный момент положение "утешительное", а на Кав-казе даже "блестящее". (Дима же и передавал им нужные справки!).
Французы близоруки. В их же интересах следовало бы им к нашему внутреннему внимательнее относиться. В воен-ных интересах. Ведь это безумно связано. Теперь не понимая, они и потом ничего не поймут. Заботятся сейчас о кавказском фронте! Как будто это им что-нибудь объяснит и предскажет. О войне надо заботиться отсюда.
Много мелких вестей и глупых слухов. Например, слух, что "Вильгельм убит". Постарались! Из правых кругов, сановничьих, Дима много узнавал комического и трагического. Но это в его записи. Уж слишком широк диапазон соприкос-новений в нашем доме: от Сухановых, даже от Вань Пугаче-вых -- до посольств и сановников с генералами. Мне не уг-наться.
Любопытно, что до сих пор Правительство не может на-печатать ни одного приказа, не может заявить о своем суще-ствовании, ровно ничего не может: все типографии у Ком. Ра-бочих, и наборщики ничего не соглашаются печатать без его разрешения. А разрешение не приходит. В чем же дело -- неясно. Завтра не выйдет ни одна газета.
Московские пришли: старые, от 28 ф. -- точно столет-ние. А новые -- читаешь, и кажется -- лучше нельзя, ангелы поют на небесах и никакого Совета Раб. Депут. не суще-ствует.
Сегодня революционеры реквизировали лошадей из цирка Чинизелли и гарцовали воистину "на конях", -- дрес-сированных. На Невском сламывали отовсюду орлов, очень мирно, дворники подметали, мальчишки крылья таскали, крича: "вот крылышко на обед".
Боря, однако, кричит: "какая двоекрылая у нас безголовица!"
Именно.
"Секрет" Протопопова, который он пожелал, придя в Думу арестоваться, открыть "его превосходительству" Керен-скому, заключался в списке домов, где были им наставлены пулеметы. Затем он сказал: "я оставался министром, чтобы сделать революцию. Я сознательно подготовил ее взрыв".
Безумный шут.
Теляковского выпустили. Он напялил громадный крас-ный бант.
Много еще всего.. В церкви о ею пору "само-державнейшаго" ... Тоже не "облечены" приказом и не могут отменить. Впрочем, где-то поп на свой страх, растерявшись, хватил: "Ис-пол-ни-тельный Ко-ми-тет..."
Господи, Господи! Дай нам разум.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 11:19   #13
Сообщений: 2,176
Очки репутации: 22,375
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

В XVIII веке в словарях была зафиксирована малоизвестная теперь пословица: «Ежовыми рукавицами да за мягкое тело приниматься». Здесь уже это выражение принимает совсем другое значение, не имеющее никакого отношения к ежам-мышеловам. Это выражение можно встретить в различных произведениях русской классической литературы, где оно означает «строго, без послаблений и поблажек».

Подробнее: https://www.kakprosto.ru/kak-912814-...#ixzz4whNOPJ5H
Timoti вне форума  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 11:30   #14
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

4 Марта. Суббота.

Утром -- ничего, газет нету, вестей нету. Смутные слухи о трениях с Сов. Наконец, как будто выясняется: спор -- нас-чет времени. Учр. С., немедля -- или после войны.
Вот вышли "Известия". Ничего, хороший тон. Раб. Сов. пока отлично себя держит. Доверие к Керенскому, вошед-шему в кабинет, положительно спасает дело.
Даже Д. В., вечный противник Керенского, вечно спорив-ший с ним, сегодня признал: "А. Ф. оказался живым воплоще-нием революционного и государственного пафоса. Обдумы-вать некогда. Надо действовать по интуиции. И каждый раз у него интуиция гениальна. Напротив, у Милюкова нет интуи-ции. Его речь -- бестактна в той обстановке, в которой он го-ворил".
Это подлинные слова Д. В., и -- ведь это только то соз-нание, к которому должны, обязаны, хоть теперь, придти все кадеты и кадетствующие. И о ею пору не приходят, и не верю я, что придут. Я их ненавижу от страха (за Россию), со-вершенно так же, как их действенных антиподов, крайних ле-вых ("голых" левых с "голыми" низами).
В Керенском -- потенция моста, соединение тех и дру-гих, и преображения их во что-то единое третье, революционно-творческое, (единственно-нужное сейчас).

Ведь вот: между ЭВОЛЮЦИОННО-ТВОРЧЕСКИМ и РЕВОЛЮЦИОННО-РАЗРУШИТЕЛЬНЫМ -- пропасть в данный момент. И если не будет наводки мостов, и не пойдут по мостам обе наши теперешние, слепые, неподвижности, претворяясь друг в друга, создавая третью силу, РЕВОЛЮЦИОННО-ТВОРЧЕСКУЮ, -- Россия (да и обе неподвижности) свалятся в эту пропасть.

Сообщение добавлено в 12:29

6 Марта. Понедельник.

Устала сегодня, а писать надо много.
Был Н. Д. Соколов, этот вечно здоровый, никаких звезд не хватающий, твердокаменный попович, присяжный пове-ренный -- председательствующий в Сов. Раб. Депутатов.
Это он, с Сухановым-Гиммером, там "верховодит", и про него П. М. Макаров (тоже присяж. пов., и вся та же "совме-стная", лево-интеллигентская группа до революции) только что спрашивал: "до сих пор в красном колпаке? Не порозо-вел? В первые дни был прямо кровавый, нашей крови требо-вал".
На мой взгляд или "розовеет", или хочет показать здесь, что весьма розов. Смущается своей "кровавостью". Уверяет, что своим присутствием "смягчает" настроение масс. Приво-дил разные примеры выкручиванья, когда предлагалось бро-ситься или на зверство (моментально ехать расстреливать па-вловских юнкеров за хранение учебных пулеметов) или на глупость (похороны "жертв" на Дворцовой, мерзлой, площа-ди).
Рассказывал многое -- "с того берега", конечно. Уверял, что составлению кабинета "мешали не мы. Мы даже не возра-жали против лиц. Берите, кого хотите. Нам была важна де-кларация нового правителства. Все ее 8 пунктов даже моей рукой написаны. И мы делали уступки. Например, в одном пункте Милюков просил добавить насчет союзников. Мы со-гласились, я приписал..."
Распространялся насчет промахов пр-ва и его неистреби-мого монархизма (Гучков, Милюков).
Странный, в конце концов, факт получился: существова-ние рядом с Временным Прав-вом, двухтысячной толпы, вла-стного и буйного перманентного митинга, -- этого Совета Раб. и Солд. депутатов. Н. Д. Соколов рассказывал мне по-дробно (полусмущаясь, полуизвиняясь), что он именно в на-пряженной атмосфере митинга написал Приказ N 1 (где, что называется, хвачено). Приказ, будто бы, необходим был, так как, из-за интриг Гучкова, армия, в период междуцарствия, присягнула Михаилу... "Но вы понимаете, в такой бурлящей атмосфере, у меня не могло выйти иначе, я думал о солдатах, а не об офицерах, ясно, что именно это у меня и вышло более сильно..." (Мое примечание от 10 сент. 17: -- И вовсе не он даже и писал-то, -- говорит Ганфман, -- а Кливанский из "Дня". Но этот сразу покаялся и скрывает. Н. Д. же полухва-стается, ибо только присутствовал.).
Сей "митинг" столь "властный", что к нему даже Рузский с запросами обращается. Сам себя избравший парламент. Со-ветский Исп. Ком. иногда соглашается с Пр-вом -- иногда нет. Выходит, что иногда можно слушаться Пр-ва, -- иногда нет. Они, советские, "стоят на стороне народных интересов", как они говорят, и следят за действиями Правительства, ко-торому "не вполне доверяют".
Со своей точки зрения, они, конечно, правы, ибо какие же это "революционные" министры, Гучков и Милюков? Но вообще-то тут коренная нелепость, чреватая всякими возмож-ностями. Если бы только "революционность" митинга-совета восприняла какую-нибудь твердую, но одну линию, что-нибудь оформила и себя ограничила... но беда в том, что ни-чего этого пока не намечается. И левые интеллигенты, туда всунувшиеся, могут "смягчать", но ничего не вносят твердого и не ведут.
Да что они сами-то? Я не говорю о Соколове, но другие, знают ли они, чего хотят и чего не хотят?
Рядом еще чепуха какая-то с Горьким. Окруженный своими, заевшими его, большевиками Гиммерами и Тихоно-выми, он принялся почему-то за "эстетство", выбрали они "комитет эстетов" для украшения революции; заседают, при-влекли Алекс. Бенуа (который никогда не знает, что он, где он и почему он).
Был на эстетном заседании и Макаров, и Ба-тюшков. Но эти -- чужаки, а горьковский кружок очень спло-чен. Что-то противное, некместное, неквременное. Батюшков говорит, что от противности даже не досидел. Беседовал там с большевиками. Они страстно ждут Ленина -- недели через две. "Вот бы дотянуть до его приезда, а тогда мы свергнем нынешнее правительство".
Это по словам Батюшкова. Д. В. резюмирует: "итак, нашу судьбу станет решать Ленин". Что касается меня, то я одинаково вижу обе возможности -- путь опоминанья -- и путь всезабвенья. Если не
"...предрешена судьба от века", --
то каким мы путем пойдем -- будет в громадной степени за-висеть от нас самих.
Поворота к оформленью, к творчеству, пока еще не вид-но. Но, может быть, еще рано. Вон, со страстью думают только о "свержениях".
Рабочие до сих пор не стали на работу.

Сообщение добавлено в 12:30

7 Марта. Вторник.

Мороз 11R сегодня. Исключительная зима. Ни одной от-тепели не было.
Положение то же. Или, разве, подчеркнуто то же. Сов. Раб. и С. издают приказы, их только и слушаются.
В Кронштадте и Гельсингфорсе убито до 200 офицеров. Гучков прямо приписывает это "Приказу N 1". Адм. Непенин телеграфировал: "Балтийский флот, как боевая единица, не существует. Пришлите комиссаров".
Поехали депутаты. Когда они выходили с вокзала, а Непенин шел к ним навстречу, -- ему всадили в спину нож.

Керенский ездил на днях в Зимний дворец. Взошел на ступени трона (только на ступени!) и объявил всей челяди, что "Дворец отныне национальная собственность", благода-рил за сохранность в эти дни. Сделал все это с большим до-стоинством.
Лакеи боялись издевок, угроз; услыхав милостивую благодарность, -- толпой бросились Керенского прово-жать, преданно кланяясь. Керенский был с Макаровым (кото-рый это и передавал сегодня вечером у нас). Когда они ехали из дворца в открытом автомобиле -- им кланялись и прохо-жие.
Керенский -- сейчас единственный ни на одном из "двух берегов", а там, где быть надлежит: с русской революцией. Единственный. Один. Но это страшно, что один. Он гениаль-ный интуит, однако, не "всеобъемлющая" личность: одному же вообще никому сейчас быть нельзя. А что на верной точке только один -- прямо страшно.
Или будут многие и все больше, -- или и Керенский ско-вырнется.
Роль и поведение Горького -- совершенно фатальны. Да, это милый, нежный готтентот, которому подарили бусы и ци-линдр. И все это "эстетное" трио по "устройству революцион-ных празднеств" (похорон?) весьма фатально: Горький, Бенуа и Шаляпин. И в то же время, через Тихоно Сухановых, Горь-кий опирается на самую слепую часть "митинга".
К "бо-зарам" уже прилепились и всякие проходимцы. На-пример Гржебин, раскатывает на реквизированных автомо-билях, занят по горло, помогает клеить новое, свободное, "министерство искусств" (пролетарских, очевидно). Что за чепуха. И как это безобразно-уродливо, прежде всего. В pendant к уродливому копанью могил в центре города, на Дворцовой площади, для "гражданского" там хороненья сбор-ных трупов, держащихся в ожидании, -- под видом "жертв революции". Там не мало и городовых. Офицеров и вообще настоящих "жертв" (отсюда и оттуда) родственники давно схоронили.
Дворцовую же площадь поковыряли, но, кажется, бро-сят: трудно ковырять мерзлую, замощенную землю; да еще под ней, всякие трубы... остроумно!
В России, по газетам, спокойно. Но и в Петербурге, по газетам, спокойно... И на фронте, по газетам, спокойно. Од-нако, Рузский просит прислать делегатов.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Старый 27.10.2017, 23:39   #15
Сообщений: 19,519
Очки репутации: 278,124
Группа: Жители Донбасса
Доп. информация
По умолчанию

8 Марта. Среда.

Сегодня, как будто, легче. С фронта известия разноречи-вые, но есть и благоприятные. Советские "Известия" не дур-ного тона. Правда, есть и такие факты: захватным правом эс-деки издали N Сельского Вестника, где объявили о конфи-скации земли, и сегодня уже есть серьезные слухи об аграр-ных беспорядках в Новгородской губернии.
В типографии "Копейки" Бонч-Бруевич наставил пулеме-тов и объявил "осадное положение". Несчастная "Копейка" изнемогает. Да, если в таких условиях будут выходить "Изве-стия", и под Бончем, то добра не жди. Бонч-Бруевич опреде-ленный дурак, но притом упрямый и подколодный.
Ораниенбаумский дворец как-будто и не горел, как будто это лишь паника Макарова и Карташева.
Бывают моменты дела, когда нельзя смотреть только на количество опасностей (и пристально заниматься их обсу-ждением). А я, на этом берегу, -- ни о чем, кроме "опасности революции", не слышу. Неужели я их отрицаю? Но верно ли это, что все (здесь) только ими и заняты? Я невольно усту-паю, я говорю и о "митинге" и о Тришке-Ленине (о Ленине
это специальность Дмитрия: именно от Ленина он ждет са-мого худого), о проклятых "социалистах" (Карташев), о фронте и войне (Д. В.), и о каких-то планомерных "четырех опасностях" Ганфмана.
Я говорю, -- но опасностей столько, что если говорить серьезно обо всех, то уже ни минуты времени ни у кого не ос-танется.
Честное слово, не "заячьим сердцем и огненным любо-пытством", как Карташев, следила я за революцией. У меня был тяжелый скепсис (он и теперь со мной, только не хочу я его примата), а Карташевское слово "балет" мне было оскор-бительно.
Но зачем эти рассуждения? Они здесь не нужны. Царь арестован. О Нилове и Воейкове умалчивается. Похорон на Дворцовой площади, кажется, не будет. Но где-нибудь да бу-дут. От чего - от чего, а от похорон никогда русский человек не откажется.

Сообщение добавлено в 00:37

9 Марта. Четверг.

Можно бояться, можно предвидеть, понимать, можно знать, -- все равно: этих дней наших предвесенних, мороз-ных, белоперистых дней нашей революции, у нас уже никто не отнимет. Радость. И такая... сама по себе радость, огнен-ная, красная и белая. В веках незабвенная. Вот когда можно было себя чувствовать со всеми, вот когда... (а не в войне).
У нас "двоевластие". И нелепости Совета с его неум-ными прокламациями. И "засилие" большевиков. И угрожаю-щий фронт. И... общее легкомыслие. Не от легкомыслия ли не хочу я ужасаться всем этим до темноты?
Но ведь я все вижу.

В самом советском Комитете уже начались нелады. Бонч безумствует, окруженный пулеметами. Грозил Тихонову аре-стом. В то же время рекомендует своего брата, генерала "контр-разведки", "вместо Рузского". Кого-то из членов Ко-митета уже изобличили в провокаторстве, что тщательно скрывают.
Незавидное прошлое притершегося к большевикам Гржебина никого не интересует: напрасно...
Звонил французский посол Палеолог: "ничего не пони-мает" и требует "влиятельных общественных деятелей" для информации. Тоже хорош. Четыре года тут сидит и даже ни-кого не знает. Теперь поздно спохватился. Думает (Д. В.), что к нему не пойдут -- некогда. Подчас Вр. Правительство дей-ствует молниеносно (Керенский, толчки Сов. Р. Д.). Амни-стия, отмена смертной казни, временные суды, всеобщее уравнение прав, смена старого персонала -- порою, кажется, что история идет с быстротой обезумевшего аэроплана.
Но вот... я подхожу к самому главному, чего доселе почти намеренно не касалась. Подхожу к самому сейчас острому вопросу, -- вопросу о войне.
Длить умолчаний дольше нельзя. Завтра в Совете, он, ка-жется, будет обсуждаться решительно. В Совете? А в Прави-тельстве? Оно будет молчать.
Вопрос о войне должен, и немедля, найти свою дорогу.
Для меня, просто для моего человеческого здравого смысла, эта дорога ясна.
Это лишь продолжение той самой линии, на которой я стояла с начала войны. И, насколько я помню и понимаю, -- Керенский. (Но знать -- еще ничто. Надо осуществлять знаемое. Керенский теперь -- при возможности осуществле-ния знаемого. Осуществит ли? Ведь он -- один).
Для памяти, для себя, обозначу, хоть кратко, эту сегодняшнюю линию "о войне".
Вот: я ЗА войну. То есть: за ее наискорейший и достой-ный КОНЕЦ.
Долой побединство! Война должна изменить свой лик. Война должна теперь стать действительно войной за свободу. Мы будем защищать нашу Россию, от Вильгельма, пока он идет на нее, как защищали бы от Романова, если бы шел он.
Война, как таковая, -- горькое наследие, но именно по-тому, что мы так рабски приняли ее, и так долго сидели в ра-бах, -- мы виноваты в войне. И теперь надо принять ее, как свой же грех, поднять ее, как подвиг искупленья, и с непреж-ней, новой силой донести до настоящего конца.
Ей не будет настоящего конца, если мы сейчас отвернемся от нее. Мы отвернемся -- она застигнет и зада-вит.
Безумным и преступным ребячеством звучат эти коря-вые прокламации: "...немедленное прекращение кровавой бой-ни..." Что это? "Глупость или измена?" как спрашивал когда-то Милюков (о другом). Прекратите, пожалуйста, немедля. Не убивайте немцев -- пусть они нас убивают. Но не будет ли именно тогда -- "бойня"? Прекратить "по соглашению"? Согласитесь, пожалуйста, с немцами немедля. Ведь они-то -- не согласятся. Да, в этом "немедля" только и может быть: или извращенное толстовство, или неприкрытое преступление.
Но вот что нужно и можно "немедля". Нужно не медля ни дня объявить, именно от нового русского, нашего правительства, русское новое военное "во имя". Конкретно: необходима абсолютно ясная и совершенно твердая деклара-ция насчет наших целей войны. Декларация, прежде всего чу-ждая всякому побединству. Союзники не смогут против нее протестовать (если бы в тайне и хотели), особенно если хоть немного взглянут в нашу сторону и учтут наши "опасности" (им же грозящие).
Наши времена сократились. И наши "опасности" неслы-ханно, все, возрастают, если теперь, после революции, мы бу-дем тянуть в войне ту же политику, совершенно ту же самую, форменно, как при царе. Да мы не будем -- так как это невозможно; это само, все равно, провалится. Значит -- из-менить ее нужно:..
Может быть, то, что я пишу -- слишком обще, грубо и наивно. Но ведь я и не министр иностранных дел. Я намечаю сегодняшнюю схему действий -- и, вопреки всем политикам мира, буду утверждать, что сию минуту, для нас, для войны, она верна. Осуществима? Нет?
Даже если не осуществима. Долг Керенского -- пы-таться ее осуществить.
Он один. Какое несчастие. Ему надо действовать обеими руками (одной -- за мир, другой -- за утверждение защитной силы). Но левая рука его схвачена "глупцами или изменни-ками", а правую крепко держит Милюков с "победным кон-цом". (Ведь Милюков -- министр иностранных дел).
Если будет крах... не хочу, не время судить, да и не все ли равно, кто виноват, когда уже будет крах! Но как тяжело, если он все-таки придет, и если из-за него выглянут не только глупые и изменнические рожи, но лица людей честных, искренних и слепых; если еще раз выглянет лик думского "блока" беспомощной гримасой.
Но молчу. Молчу.

Сообщение добавлено в 00:39

10 Марта. Пятница.

Надо еще знать, что мы только что три часа говорили с другими о совсем других делах, а в промежутках я бегала в заднюю комнату, где меня ждали два офицера (два бывших студента из моих воскресников), слушать довольно печальные вести о положении офицеров и о том, как солдаты пони-мают "свободу".
В полку Ястребова было 1600 солдат, потом 300, а вчера уже только 30. Остальные "свободные граждане" -- где? Ша-таются и грабят лавки, как будто.
"Рабочая газета" (меньшевистская) очень разумна, совет-ские "Известия" весьма приглажены, и -- не идут, по слухам:
раскупается большевистская "Правда".
Все "44 опасности" продолжают существовать. Многие, боюсь неизбежны.
Вот, рядом, поникшая церковь. Жалкое послание Си-нода, подписанное "8-ю смиренными" (первый "смиренный" -- Владимир). Покоряйтеся, мол, чада, ибо, "всякая власть от Бога"...
(Интересно, когда, по их мнению, лишился министр Про-топопов "духа свята", до ареста в павильоне, или уже в па-вильоне?)
Бульварные газеты полны царских сплетен. Нашли и вы-рыли Гришку -- в лесу у Царского парка, под алтарем строющейся церкви. Отрыли, осмотрели, вывезли, автомобиль за-стрял в ухабах где-то на далеком пустыре. Гришку выгру-зили, стали жечь. Жгли долго, остатки разбросали повсюду, что сгорело до тла -- рассеяли.
Психологически понятно, однако что-то здесь по-русски грязное.
__________________
Анархия это закон и свобода без принуждения
Иммануил Кант
Антропология с прагматической точки зрения (1798)
ДД на форуме  
Ответить с цитированием
Ответ




РАССКАЖИ О ФОРУМЕ на других сайтах

Опции темы
Опции просмотра Оценка этой теме
Оценка этой теме:

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Trackbacks are Выкл.
Pingbacks are Выкл.
Refbacks are Выкл.




Создано на vBulletin® Version 3.8.7
Copyright ©2000 - 2020, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot. Донецкий форум.